Розділи

загрузка...
Цессия и НДС; Энциклопедия бухгалтерского учета - Грачева Р.Е. Раздел II Ч.2

Цессия и НДС

В Законе о налоге на добавленную стоимость к налогообложению операций, связанных с уступкой права требования, содержатся указания столь же странные, как и к налогообложению операций факторинга. Поэтому все замечания, высказанные автором в разделе о факторингах относительно трактовки пункта 3.2 Закона, в равной степени относятся и к цессиям. Но здесь стоит привести еще раз этот пункт, чтобы рассмотреть его уже не с точки зрения факторинговых операций, а в аспекте проведения цессий:

«3.2. Не являются объектом налогообложения операции по:

3.2.5. предоставлению услуг по инкассации, расчетно-кассовому обслуживанию, привлечению, размещению и возврату денежных средств по договорам займа, депозита, вклада, страхования или поручения; предоставлению, управлению, и переуступке финансовых кредитов, кредитных гарантий и банковских поручительств лицом, предоставившим такие кредиты, гарантии или поручительства;

торговле за денежные средства или ценные бумаги долговыми обязательствами, за исключением операций по инкассации долговых требований, кроме факторинговых операций, если объектом долга являются валютные ценности, ценные бумаги, в том числе компенсационные бумаги (сертификаты), инвестиционные сертификаты, жилищные чеки, земельные боны и деривативы».

Во-первых, не очень понятно, «переуступка финансовых кредитов» — это то же самое что уступка (передача прав требования), или это ПЕРЕуступка в прямом значении, т. е. «уступка однажды уступленного»? Похоже, что несмотря на приставку «пере-», речь идет все же об уступке, так как далее содержится уточнение, что «переуступка» осуществляется непосредственно первым кредитором. Итак, с большим трудом, но становится ясно, что цессия, предметом которой является финансовый кредит, налогом на добавленную стоимость не облагается. Чего нельзя сказать об уступке прав требований по товарным кредитам. Но это уже «во-вторых».

Итак, во-вторых, совсем не понятно, почему цессионарий как лицо, инкассирующее долги после получения на них прав, должен платить при этом НДС в бюджет? Разве цедент освобождается от уплаты этого налога, когда продает дебиторскую задолженность, в связи с начислением которой он в то время уже признал выручку от реализации и, соответственно, уже начислил к уплате НДС, и, возможно, даже успел в бюджет эти суммы перечислить? (А не успел — не важно, обязательства по уплате НДС в любом случае остаются за ним — за продавцом товаров, притом в прежнем объеме, даже если дебиторская задолженность продается по заниженной стоимости).

Здесь уместно напомнить основной аргумент, который был приведен в разделе о факторинговых операциях. А именно: подобно фактору, цессионарий, как всего лишь собиратель долгов, не может выступать плательщиком НДС при инкассации долговых требований за поставку товаров, поскольку не он эти товары продавал. В связи с этим не трудно заметить, что налоговые отношения в данном случае возникают между продавцом и покупателем. То есть именно этот продавец (впоследствии ставший цедентом) выписал от своего имени налоговую накладную именно этому покупателю. При чем же здесь третье лицо, которое только инкассирует долги?

Уважаемым авторам Закона о НДС нелишне напомнить, что взимание НДС «по первому событию» — способ, ими же придуманный, не предполагает взимания этого налога дважды: и с операции отгрузки, и с операции получения оплаты. То есть сочинителям подпункта З.2.5., обязывающего платить НДС при инкассации долгов, следовало бы знать, что если дебиторская задолженность кому-то кем-то уступается — значит выручка, а в связи с ней и НДС, не могут к этому времени быть не начисленными у продавца долгов. Иначе не было бы предмета уступки — собственно дебиторской задолженности.

Другое дело, если инкассация долговых требований осуществляется на основании принудительной уступки (то есть уступки, сделанной в пользу кредиторов цедента), да еще при этом выясняется, что цедент настолько обанкротился, что даже НДС заплатить нечем. Но это — особый случай, по нему требуется предусмотреть особый механизм передачи долгов (как прав, так и обязательств, в том числе налоговых). Но об этом в Законе — ни слова. И, похоже, что в подпункте 3.2.5, о котором, в частности, идет речь, такие ситуации вовсе не имеются в виду, иначе там содержалась бы специальная оговорка.

И совсем уж «третье дело», когда долги продаются по ценам, превышающим их стоимость на балансе цедента. Вот тогда с суммы превышения (доходов, начисленных по договору цессии, над первоначально начисленными доходами от реализации товаров) и полагается начислить обязательства по НДС. Но, опять же, плательщиком по этим обязательствам выступает не инкассатор долгов — цессионарий, а все тот же продавец, но уже не как продавец товара, а как продавец долгов — цедент. При чем же здесь цессионарий? Разве только притом, что он начислит у себя налоговый кредит на эту сумму превышения. Да и то лишь в случае, если он является зарегистрированным плательщиком НДС.